- Подойди ближе, покажи руку. Марко подошел, конечно, и руку показывает, ладонью кверху. Барыня засмеялась, да и говорит:
- Загни рукав! - Заскать, значит, ему велит рукав-от.
Марко так и сделал, а она хвать его за руку. Щупает, слышь-ко, как ровно лошадь смотрит. Господишки туда же тянутся, бормочут промеж себя не по-русскому. Марку, конечно, обидно, что его так оглядывают, а все ж таки виду не подает. Будто так и надо. Барыня велит ворот расстегнуть, грудь, плечо показать. Марко покраснел весь, зло его взяло, а все исполнил, как она требовала. Колтовчиха схватила его рукой за плечо, похлопывает потихоньку, лотошит с господишками-то, а о чем-не разберешь. Только и слышно слово какое-то. Вроде как Марку имя дает. Заводские наши бабешки, кои поближе стояли, зашушукали и над Татьяной уж насмешки строят:
- Твоего-то барыня в жеребцы выбрала. Кличку слышь, ему новую придумала.
Татьяна - женщина молодая, совсем, сказать, девчонка. Сноровки у ней настоящей нет, как, значит, жить-то. Она возьми и зареви. Так голосом и завыла. Все одно как по покойнику.
- Ой, да что же это, девоньки, деется...
Марко услышал - ревет кто-то. Поглядел, а это Татьяна. И барыня углядела, спрашивает приказчика:
- Кто завыл?
Приказчик сказывает, что это Маркова жена.
- Привести сюда, - говорит барыня. Привели Татьяну, барыня и спрашивает: