— Промокнем…
А небо уже совсем серое. И дождь пошёл.
Папа мой достаёт одеяло. И мы накрываемся. Мы сидим под одеялом. А дождь хлещет и хлещет на нас. Всюду льётся вода. Наши вещи, наверное, промокли…
Мы почти в темноте. Я гляжу в щёлку и вижу дождь — больше я ничего не вижу.
— Дурацкий дождь, — говорит папа, — чёрт бы его побрал…
— Плохо, — говорю, — когда едешь и ничего не видишь.
— Это верно, — говорит папа, — не очень хорошо…
— И когда дождь — тоже плохо.
— Тоже плохо, — говорит папа.
— И когда ноги мокрые.