Наконец видит: городовой на посту бодрствует. Натурально - к нему. Так и так, служивый: "Не знаешь ли, куда девался сенат?"
Взглянул на него городовой и сразу недреманную душу его разгадал.
- Знаю, - сказал он, - сенат, вот он! Вон он на солнышке играет! Ишь посматривает, как бы какой шалун на закон не наступил... Ах ты, ах! Только не про всякого у нас место в сенате припасено. Ты вот глядел недреманным-то оком в книгу, а видел фигу, так нынче этаких в здешнее место сажать не велено. Воротись лучше, калека, домой; валенки-то сними, глаза-то протри, уши промой, да и ложись с бабой на печь спать!.. А у нас нынче так в здешнем месте заведено: чтобы и голова, и прочие члены - все чтобы на своем месте было, а глаза и уши - у всех чтобы настежь!
Так и не попал Прокурор Куролесыч в сенат.