- Ох, Еруслан Лазаревич! Поехал я из заповедных лугов в город на подворье к твоему родителю, князю Лазарю Лазаревичу, да чуть было в полон не угодил. Спасибо, конь выручил, ускакал я от неприятелей, и вот гоню прочь от города обратно в заповедные луга. Такая ли то беда-напасть приключилась.
Подступил, вишь, к нашему стольному городу князь Данила Белый с несметными полками конного и пешего войска, а у нашего короля Картауса богатырей, кроме князя Лазаря Лазаревича, в городе нет никого. Кто куда разъехались. Заперлись король с боярами да горожане, за городскими стенами отсиживаются, ни в город, ни из города проезда нет, и грозится Данила Белый всё королевство разорить.
Видит Еруслан Лазаревич: оборонять королевство некому. Да и войска у Данилы Белого нагнано тьма-тьмущая. Разгорелось сердце молодецкое, раззудилось плечо богатыр-кое: хлестнул он плетью Ороша Вещего и поскакал к городу.
Увидали неприятели: скачет прямо на них богатырь. Переполошились, загалдели:
- Богатырь едет Картаусу на подмогу! Сам князь Данила Белый повёл конников навстречу и кричит:
- Живым его берите, ребятушки!А Еруслан Лазаревич разогнал коня и как вихрь налетел на Данилиных конников. Рубит мечом и колет копьём направо и налево, а Орош Вещий грудью коней валит, всадников поверженных копытами топчет. И скоро всё поле усеялось телами: Остальные конники, кто успел, разбежались.
В ту пору увидал Еруслан Лазаревич самого Данилу Белого, нагнал его, ударил тупым концом копья долгомерного и вышиб из седла... Ступил ему на грудь Орош Вещий. Взмолился князь Данила:
- Оставь меня в живых, храбрый, могучий богатырь! Клятву даю, что ни один мой воин не переступит веки-повеки границы Картаусова королевства! Детям и внукам своим закажу не воевать с вашим королевством.
- Будь по-твоему, - сказал Еруслан Лазаревич, - но, если когда-нибудь клятву нарушишь, тогда пощады не будет!
- Век твоё великодушие буду помнить и клятвы моей не нарушу! - сказал Данила Белый, поднялся на ноги, тотчас приказал снять осаду и повёл свои войска прочь от Картаусова королевства.