Съехались, и Еруслан Ерусланович лёгким ударом с первого раза вышиб богатыря из седла.
- Смерти тебя предавать не стану! Ступай скажи Царь-девице: пусть пришлёт поединщика. Не к лицу мне с таким, как ты, си¬лами мериться!
Побитый богатырь воротился, рассказал про могучего витязя. Царь-девица пошла будить Еруслана Лазаревича:
- Встань, пробудись, мил сердечный друг! Приехал какой-то чужестранный младой богатырь и требует поединщика. Жалко будить тебя, да делать нечего. Ведь только на тебя и вся надежда!
Еруслан Лазаревич поднялся, надел боевые доспехи, оседлал Ороша Вещего и выехал в чистое поле, в широкое раздолье.
Съехались они и так сильно сшиблись, что кони сели на задние ноги, а богатыри ни который ни которого не ранили. Повернули коней, разъехались и стали снова съезжаться.
«По виду совсем ещё юноша, а никому не уступит силой да боевой сноровкой»,- подумал Еруслан Лазаревич.
Когда съехались во второй раз, опять сшиблись мечами, Еруслан Лазаревич ударил с - такой силой, что поединщик не удержался в седле и упал с коня на сыру землю. А Орош Вещий сразу ступил ему на грудь. Глянул Еруслан Лазаревич на богатыря и заметил - что-то блеснуло у юноши на руке. Еще взглянул, узнал свой перстень, и пало ему на ум: «Уж не сын ли мой?» Спрашивает:
- Скажи, какого ты роду-племени, как тебя по имени зовут, величают по отчеству?
- Если бы мой конь ступил тебе на грудь, я не стал бы спрашивать, выпытывать у тебя ни роду, ни племени, ни про отца, ни про мать, а отрубил бы напрочь голову!