День и ночь суетились рамерийцы, выполняя приказы генерала, а утром их ждали новые сюрпризы.
Столы и стулья в зале, где обедали менвиты, взгромоздились в пирамиду, вершина которой уходила под потолок. Из палатки рабов все сапоги ушли на лесную поляну и расположились кругом с таким видом, будто собирались водить хоровод.
Арзаки со смехом разобрали свою обувь: над ними, конечно, пошутили, но им не хотели причинять вреда.
На взлётных площадках ночью раздавались треск, пощелкивание, но часовые никого не заметили. И тем не менее почти у всех вертолётов с приборных досок исчезли важные детали…
Баан-Ну приказал привести к себе Ментахо. Злобно уставившись на него, генерал сказал:
– Слушай, землянин, ты должен объяснить причину этих непонятных явлений.
Ментахо не растерялся. Ильсор уже передал ему наказ Страшилы.
– Что поделаешь, господин генерал! В этом году Дни Безумия наступили раньше обычного, и я не успел вас предупредить.
Он виновато развёл руками.
– Какие Дни Безумия? – нахмурился генерал.