— Ты в меня-то смотри не пальни! — кричала старуха, приближаясь к охотнику.
Выйдя на просеку, она так и всплеснула руками:
— Волка убил! Ай да старик! А в кого ж ты ещё раз палил?
— В другого. Да промахнулся, — отвечал ей Егор Иванович, рассматривая убитого зверя. — Это самец, а самка, значит, ушла. Э-эх, жаль! В ней-то ведь самое зло и есть. Ещё выводок тут поблизости принесёт, тогда беда!
Егор Иванович пошёл взглянуть на след ушедшего волка, чтобы проверить, куда лёг по снегу заряд картечи.
— Заряд правильно лёг, — промолвил он и в раздумье прошёл шагов десять по волчьему следу.
«Что это, будто горошина виднеется на снегу? Да ведь это кровь! А вот ещё и ещё!.. Зверь, значит, ранен».
Егор Иванович заторопился по следу.
— Куда ты, куда? — кричала ему старуха.
Но он и не слушал. Кусты, поляна, опять кусты, чаща — и в чаще что-то тёмное… Даже сердце замерло от волнения. Так и есть!