Быстро спускаюсь с сеновала и подбегаю к погребице. Бабушка нащупывает одной рукой мою голову, а другой подает большой ломоть хлеба.
— Поешь-ко, дитятко! Проголодался, поди? Шуточно ли дело — с одним кусочком целый день. Да не поворачивай кусок-то. Так ешь!
По совету Петьки я начинаю усиленно чавкать, будто ем, и в то же время спрашиваю:
— Ты, бабушка, видела мою рыбу-то?
— Видела, видела... Хорошая рыбка. Завтра ушку сварим.
— Окуня-то видела... большого? Еле его выволок. С фунт, поди, будет. Будет, по-твоему?
— Кто знает... Хорошая рыбка... Как у доброго рыболова.
— Чебак там еще... Видела?
— Ну, как не видела... Все оглядела. Пособник ведь ты у меня! — И бабушка поглаживает меня по голове.
Я все время усердно чавкаю, потом говорю: