Вслед за Абулхаир-ханом в 1740 г. вступили в русское подданство хан Средней орды Абдулмагомет и влиятельные той же орды султаны Аблай и Барак.
Подданство казакского народа на первый раз ограничилось лишь тем, что казакские ханы и старшины принесли присягу на верность русскому царю, причем им были оказаны воинские почести и розданы подарки. Казакский народ в своей массе по прежнему продолжал жить совершенно независимо от России, не платил русским властям никакой дани и не нес никакой службы. Казаки по прежнему продолжали нападать на русские пограничные селения и на торговые караваны, которые отправлялись в степь, и ни хан и ни султаны не могли остановить этих нападений.
В 1739 г. казаки разбили первые русские торговые караваны, отправленные с товарами в Бухару; в 1740 г. ими был разбит караван, отправленный в Хиву. Таким образом первые попытки завести торговые сношения с средне-азиатскими ханствами натолкнулись на противодействия казаков.
Прибыв в Оренбургский край, Неплюев вызвал к себе Абулхаир-хана и потребовал от него, чтобы он принял на себя охрану торговых караванов в степи. Взамен этой службы хан потребовал, чтоб губернатор отпустил в орду его сына Хаджи-Ахмета, содержавшегося заложником в Сорочинской крепости.
Неплюев отклонил просьбу хана, а последний, чтоб отмстить губернатору, организовал ряд нападений казаков на русские крепости, на башкир и калмыков.
Враждебные отношения между Абулхаир-ханом и Неплюевым продолжались до 1747 г., что весьма невыгодно отразилось на развитии внешней торговли в Оренбурге.
В 1748 г. Абулхаир был убит, а вместо него ханом был избран его сын султан Нурали.
Новый казакский хан был сторонником сближения с Россией, т. е. своим избранием был обязан исключительно поддержке Оренбургского губернатора. Нурали-хан уже поступил «на службу» России, за что стал получать определенное жалованье; он принял меры к охране русских караванов. Последнее обстоятельство создало благоприятные условия для развития торговых сношений с Хивой и Бухарой.
В вопросах взаимоотношения Казакской орды и русского правительства наряду с экономической заинтересованностью с обеих сторон в развитии меновой торговли на границе и караванного движения в глубь степи, в Среднюю Азию, играли немалую роль, как мы только что убедились, личные отношения ханов и оренбургских губернаторов. Неплюеву удалось взять надлежащий тон по отношению к правителям орды и путем подарков даже заставить их служить интересам торгового капитала. Однако, даже несмотря на явную выгоду, которую извлекало население орды из развития мирных экономических сношений с Россией, эти сношения иногда разрывались политикой ханов, и на границе степи начиналась вооруженная борьба, обычно приостанавливающая караванную торговлю. Такие явления наблюдались неодоократно на протяжении XVIII в. и даже XIX в., когда казакские ханы сводили к нулю попытки губернаторов наладить караванные торговые сношения с Востоком.
Вскоре после ухода Неплюева из Оренбургского края новые губернаторы не поладили с казакскими ханами, и на почве личной вражды в степи сложилась обстановка, совершенно прекратившая заграничную торговлю. Со стороны казаков начались набеги на линию и ни один русский караван не смел показаться в степи.