За город мы далеко не уезжали; посмотрели лишь на кофейные плантации и на апельсиновые рощи. Говорят, что с окружающих высот очень красив вид на окрестности. Но мы видели острова еще с большей высоты, поэтому поездка на гору нас не прельщала.
В 9 час. вечера мы уже подъезжали к небольшому, почти круглому «Соленому озеру», отстоящему от Гонулулу километрах в 5 и окруженному холмами. Близ озера виднелся колоссальных размеров эллинг, на котором развевался американский флаг. Невольно поражали размеры эллинга. Длина его была 400 метров, а ширина и высота 80х80 метров. Ворота, представлявшие также целое сооружение, были открыты, и из эллинга, при помощи электрических кабестанов, выводили дирижабль.
По сравнению с этим колосом невольно считаешь себя пигмеем, да и казавшиеся нам громадными аэропланы — какими-то микроскопическими. Хотя с моря дул небольшой бриз, корабль не наносило на края ворот. Эллинг, оказалось, был устроен поворотным и еще до нашего приезда был повернут по ветру.
Так как уже значительно стемнело, вдруг вспыхнули электрические прожекторы, залившие все поле перед эллингом ярким светом. Пассажиры группами стали подходить к гондоле и размещаться по своим каютам.
В эту интересную экскурсию собралась почти вся местная интеллигенция. В каютах набралось до 200 пассажиров.
Послышался звук сирены — сигнал к отправлению. Загудели где-то в машинных гондолах моторы, корабль начал медленно порываться вперед. Раздалась команда «отдай аэростат». Моторы загудели, как шмели, и аэростат величественно взлетел над Гонулулу.
Сноп электрического света прожектора осветил нас, как днем. Вот и аэромаяк. На рейде давно нет нашей амфибии — она уже летит к Японии.
Слышится сирена — наш салют рейду — и скоро город и остров скрываются в темноте, но долго еще виден огонь маяка.
Мы «отплыли» в 10 часов вечера. Суматоха отправления, провожавшая толпа, виды Гавайских островов и оригинальное зрелище океана ночью — все это привлекало мое внимание, и я полчаса просидел у окна обширного салона, смотря вниз. Но вот земные и морские пейзажи почти скрылись от глаз, и я стал понемногу знакомиться и с нашим воздушным гигантом, хотя в этот вечер я не рассчитывал внимательно его рассмотреть.
Пассажирская гондола представляла из себя внушительное двухэтажное сооружение, помещавшееся вдоль нижней части дирижабля под ним. Каждый этаж по устройству был одинаков, за исключением носовой части. В нижнем этаже ее находилась рубка командира, а во втором — остекленная веранда для пассажиров.