— Худо, — сочувственно отзывается Мэмыль. Кэнири очень огорчен. Пропал целый трудодень.
Кожу придется, пожалуй, перетягивать повыше, чтобы проколотое место перешло с наружной части обтяжки внутрь. Для этого нужно распарывать все то, что уже прошито.
Да и не только в этом дело. Еще досаднее, что сорвался на такой работе, на которой наверняка мог бы хорошо себя проявить. В положении Кэнири это теперь совсем некстати. Теперь Кымын, наверно, пожалеет, что назначил его на перетяжку байдары. Вот, что значит невезение
И надо же, чтобы это произошло в присутствии Мэмыля Только что расхвастался перед ним, говорил о том, что назначен ответственным за перетяжку..
Мэмыль тоже расстроен. Ему жаль Кэнири, ему даже немного стыдно. Ведь это он отвлекал Кэнири от работы разговорами, это он разволновал человека, заставил вспомнить о всяких неприятных вещах. Уж он-то; старик, должен знать, что нельзя волновать человека, который занят такой работой И что это за привычка вообще — останавливаться с каждым, кто попадается на пути? Давно бы надо было вернуться домой. Тем более — там Тэгрынэ одна лежит: растянула ногу во время игры в волейбол.
— Постой-ка, Кэнири, — говорит Мэмыль. — Дайка сюда шило.
Кэнири покорно отдает инструмент. Мэмыль вынимает свой охотничий нож, выкраивает небольшую заплатку, прилаживает ее так, чтобы прокол был закрыт, и начинает шить. Нелегко наложить такую заплатку: чтобы вода не просачивалась, шов должен быть частым, и в то же время все стежки должны доходить только до середины наружного слоя кожи. Но уж если старый Мэмыль взялся за дело, значит оно будет выполнено как следует. Перетягивать кожу повьппе не придется, через полчаса все будет в полном порядке. «Хорошо, что это произошло при Мэмыле, — думает теперь Кэнири. — Во всем поселке никто, пожалуй, не смог бы лучше чем он помочь в такой беде».
… Как хотелось бы мне прервать на этом месте свой рассказ Лентяй Кэнири чувствует угрызения совести; старый Мэмыль, разоблачивший лентяя, выручает его теперь из беды; чувство озлобления против Мэмыля, еще недавно омрачавшее душу Кэнири, теперь сменяется чувством благодарности… Все это, казалось бы, вполне подходит для конца рассказа.
Но нет, я не поддамся этому соблазну. Я обещал ни в чем не изменять правде. А если придерживаться правды, то история о том, как столкнулись на пути к новой жизни Кэнири и Мэмыль — история, начавшаяся во время постройки ледника, вовсе не закончилась во время перетяжки байдар. Напротив, в тот же вечер, всего лишь через несколько часов после того, как Мэмыль помогал Кэнири обтягивать байдару, произошло событие, придавшее совершенно неожиданный оборот всей этой истории.
Это произошло в клубе, в той комнате, которая именуется библиотекой. Обязанности библиотекаря выполняет в нашем поселке Аймына — это ее комсомольское поручение. Три вечера в неделю она проводит здесь по два часа — выдает книги и журналы, беседует с читателями. Последнее обстоятельство привлекает сюда многих молодых охотников даже из числа тех, которые никогда прежде не отличались пристрастием к чтению. Имя одного из них — бригадира Унпэнэра — с недавних пор стало занимать определенное место не только в списке читателей, но и в сердце библиотекаря. Это ни для кого не секрет, но было бы глупо отказываться от чтения книг только потому, что славной девушке понравился не ты, а твой приятель.