Уже выпал снег, а до армии еще не дошёл че­рёд наступать.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ЗА РЖЕВ!

Жёсткий, крупичатый снег валит с неба; на узкой тёмной уличке ветер закручивает снег в во­ронки, швыряет большими горстями в окна. Че­ловек поднял меховой воротник пальто, поглубже засунул руки в карманы и пошёл дальше, дер­жась возле домов.

За восточной окраиной города, где земля из­рыта траншеями, глубокими ходами сообщений, защитным валом — всей сложной обороной гит­леровцев, — взметаются вверх ракеты. Эго враг освещается. Багровый свет ракет распахивает мрачные проемы пустых окон. Безлюдно в го­роде...

И вдруг лающий окрик повис над улицей: фа­шисты гонят группу лагерников. Выбиваясь из сил, торопливо бредут люди. Два верховых под­гоняют их, лошади врезаются в колонну, наез­жают на людей.

Человек останавливается, пропускает мимо эту горестную толпу. Люди бредут безмолвно, лишь изредка раздаётся слабый женский вскрик...

На месте прежнего стадиона — лагерь заклю­чённых. Снесена деревянная резная изгородь, гу­стыми рядами тянется колючая проволока, через каждые десять шагов часовой с автоматом.

Колонна проходит за проволоку; а за прово­локой люди под открытым зимним небом сби­лись на ночь в длинную цепь, прижались, при­тёрлись друг к другу, защищаясь от ветра. Мало тепла от ослабевшего тела соседа, но неоткуда больше взять тепла. Свет вражеских ракет осве­щает косые струи снега; снег падает на раскачи­вающихся в цепи людей — ещё одна длинная страшная ночь предстоит им. Здесь гражданские перемешались с военнопленными, мужчины с женщинами, старики с детьми, здесь истязают людей холодом, муками голода, насилием, рас­стрелами. Фашисты бросают за проволоку тех, кто подозрителен им, а подозрителен им каждый русский, у которого есть глаза, чтобы видеть, уши, чтобы слышать, руки, чтобы бросить в вра­га гранату.

Стиснув кулаки, человек проходит мимо, уско­рив шаг. Гитлеровцы на передовой жгут и жгут ракеты, освещаются в страхе, чтобы русские под прикрытием ночи незаметно не пошли в атаку, чтобы не подползла бесшумно русская войсковая разведка, чтобы русские сапёры не перерезали проволочное заграждение на передовой, чтобы разведчик не проник, не прополз за линию фронта в русский город Ржев.

Освещайся, враг, стреляй вверх ракетами и трусливо озирайся кругом, вертись вокруг сво­его хвоста — страшись чужого воющего ветра, чужой снежной дали, шороха чужих заснежен­ных сосен.