— Поди-ка, бабушка, — позвал он её.
Старуха не тронулась с места, насторожилась,
подслеповато прикрыла веками глаза.
— От Петра Семёновича идёшь?— тихо, одними губами спросил парень.
Старуха открыла глава.
— Вспомнил, Никитичной тебя звать, — он тронул лацканы своего пальто,— не узнаёшь меня в этой одежде? Белоухов моя фамилия.
Старуха недоверчиво ещё раз оглядела его, сказала упрямо:
— Мне другого надо, курчавого.
Белоухов помрачнел.
— Его нет больше, бабушка. Убит Дубяга.