Шел-шел, увидел вежу. У вежи два диких олененка бегают. Одному идет третий год, другому - второй. Играют вышелушенными рогами. Увидели дедушку, подбежали к веже и начали кричать: - Хонгкэр-хонгкэр, дедушка идет, хонгкэр-хонгкэр, дедушка идет, хонгкэр-хонгкэр, дедушка идет.
Пробегут мимо, только земля гудит. Старичок зашел в вежу, и мать оленят стала готовить еду. Вежа у них имеет два входа: через одну ходит дикий олень, через другую-хозяйка. Дикий олень, уходя на охоту, предупреждал жену:
- Если придет отец, то ты его прими хорошо. Накорми, напои. Приготовь все, что есть лучшее. На ночь уложи спать. Только помни: не стели под него шкуру дикого оленя, а постели шкуру домашнего оленя.
Сам он был диким оленем и очень берег шкуры диких оленей.
Дочь постелила отцу шкуру дикого оленя. Сама думает:
'Пусть хоть раз на своем веку отец поспит на шкуре дикого оленя'. Старичок поел, попил и лег в постель, приготовленную дочерью, а ночью его мутить стало (он съел много жиру и мяса).
Дочь наутро встала, шкуру почистила и повесила проветрить на той стороне, откуда приходит муж ее - дикий олень. Дикий олень как раз из лесу бежал. Бежал-бежал, смотрит: постель из шкуры дикого оленя сохнет, значит старичок пришел и постель намочил. Он забежал под ветер и почуял человечий запах от этой шкуры. Он побежал к своим детям и закричал:
- Ребятушки мои, идите за мной, здесь очень человечиной пахнет. Не сумела мать ваша кормить и поить отца своего и стелить ему постель, пусть теперь на месте следов наших остается.
Жена тем временем выбежала на улицу за своими сыновьями и увидела, как они побежали за отцом, а сам дикий олень скрылся уже. Мать кричит детям своим:
- Ребятушки, ребятушки, вот вам грудь моя, вот вторая, вернитесь ко мне!