— Я не знаю какія у васъ есть: саксонскія, севрскія или серебряныя?
— Я право всѣхъ этихъ названій не знаю.
Дворецкой поглядѣлъ на Ульяну съ презрѣніемъ.
— Однако мнѣ необходимы вазы, повторилъ онъ настойчиво.
— Поищите ихъ сами, я вамъ отопру шкафы.
И оба они хотѣли выйти, какъ внизу послышался шумъ. Ульяна остановилась и прислушалась.
– Ҍдутъ! Ҍдутъ! сказала она съ волненіемъ и бросилась внизъ. Дворецкій хотѣлъ удержать ее, но она почти оттолкнула его и поспѣшно сошла.
Действительно къ подъѣзду мчалась по гладкой убитой дорогѣ четверомѣстная карета запряженная четверней добрыхъ лошадей. Изъ нея вышелъ старичокъ Долинскій и помогъ выйти Анютѣ. Она взяла его за руку и ступила на крыльцо. Сердце ея билось какъ птичка въ клѣткѣ и замирало какъ предъ смертельною опасностью. Увидѣвъ направо и налѣво толпу стариковъ и старухъ, а позади ихъ молодыхъ и дѣтей, Анюта смутилась, но въ ту же минуту овладѣла собою и пріостановилась. Арееній поднесъ ей хлѣбъ-соль съ низкими поклонами; она приняла, поблагодарила, обратилась къ стоящимъ и сказала голосомъ не твердымъ и смущеннымъ:
— Благодарю за встрѣчу. Я надѣюсь скоро познакомиться со всѣми вами, а теперь дядюшка усталь съ дороги и ему надо отдохнуть. Черезъ два дня мое рожденіе. Послѣ обѣдни прошу всѣхъ прійти ко мнѣ и у меня угоститься чаемъ и завтракомъ.
Она поклонилась и подъ руку съ дядей пошла на верхъ. За ней шла Маша и ея братья и сестры.