— Скажите да! Скажите.
— А докторъ?
— Пригласимъ и доктора, двухъ если хотите.
— А переѣздъ?
— Но вѣдь всего тридцать верстъ, по хорошей дорогѣ, въ покойномъ экипажѣ.
— Ахъ, милая сестрица, сказала Лидія, щеки которой вспыхнули, какъ у дѣвочки, и въ головѣ которой носились уже мечты о различныхъ деревенскихъ удовольствіяхъ и больше всего о жизни въ большомъ семействѣ, съ молодежью, къ которой она едва ли и себя не причитала.
— Я вижу, что l’eau est venue à la bouche de Lidie, сказала улыбаясь Александра Петровна, — ну что же, увидимъ, je ne dis pas non.
— Такъ нельзя, милая тетя. Надо сказать: да, обѣщать — потому что я тогда все вамъ приготовлю и закажу такія же кресла какъ тѣ въ которыхъ вы сидите, я подумаю о всѣхъ вашихъ привычкахъ, чтобы вы и не замѣтили, что живете на новомъ мѣстѣ.
— Одна въ лѣсу…
— Въ саду, тетя.