— Нѣтъ. Когда мои сестры и братцы… Анюта не договорила, голосъ ея задрожалъ, она замолчала.
— Ну да, ну да, сказала Нѣмка, но вы скоро привыкнете и поймете, что здѣсь вамъ лучше. Вы въ богатомъ домѣ, у почтенныхъ, всѣми уважаемыхъ, благородныхъ дамъ. Это ваше мѣсто по рожденію и высокому положенію. Вы очень, очень счастливое дитя!
— Я-то, сказала Анюта съ горечью, — такого счастія я никому не желаю!
— Не говорите, такъ, это не хорошо. Не надо.
Анюта молчала.
— Не хотите ли поиграть? Вотъ ваши куклы. Катерина Андреевна отворила шкапъ и принесла большую, богато одѣтую куклу.
— Я въ куклы не играю, сказала Анюта.
— Какъ, у васъ не было куколъ? спросила удивленная Катерина Андреевна.
— Нѣтъ были, но я давно отдала ихъ Лидѣ и Лизѣ. Онѣ маленькія и играютъ, а я ужь большая; мнѣ минуло тому назадъ два мѣсяца двѣнадцать лѣтъ.
— Очень большая, сказала Катерина Андреевна такимъ тономъ, что Анюта поняла, что она считаетъ ее совсѣмъ маленькою.