Наконецъ, Шепелевъ, разсказывая, дошелъ до того пункта, когда его потребовали къ принцу. Алексѣй Орловъ нетерпѣливо перебилъ его разсказъ и воскликнулъ, обращаясь къ Пассеку…
— Ну, что жъ тутъ любопытнаго?… Ну, мы!.. Гриша и я! Мы сами сегодня всѣмъ разсказали. Ласунскій давно ужь знаетъ. Ну, жаловаться пріѣхалъ. Ну и чортъ съ нимъ!
— А кто онъ такой? спросилъ Пассекъ.
— Ротмейстеръ какой-то голштинскій! сказалъ Григорій Орловъ.,
— Фехтмейстеръ Котцау! крикнулъ Пассекъ, какъ бы вдругъ разсердившись.
— Что?! Кто?! Какъ?! загудѣло десять голосовъ,
Алексѣй Орловъ, отошедшій было къ окну, молніей обернулся назадъ.
— Сла-а-вно!! воскликнулъ онъ во все горло и треснулъ въ ладоши. — Сла-а-вно!! Пріѣзжій фейхтмейстеръ! Первый ему блмнъ русскій, да комомъ.
— Фридриховскій Котцау? выговорилъ Григорій Орловъ, тихо и видимо смущаясь.
— Да вѣрно ли это, сударь мой, допрашивали Шепелева Ласунскій и Ѳедоръ Орловъ. — Вѣрно ли вы помните фамилію?…