Она помолчала и потом прибавила странным голосом, со слезами на глазах и вместе с тем с улыбкой:
– Когда-нибудь я в этот флакон велю налить чего-нибудь, что в состоянии будет прекратить и мое скитальничанье по свету.
Она снова задумалась, но вдруг была пробуждена голосами вдали, за две или за три комнаты от нее.
Алина чутко прислушалась, нахмурила брови и пытливым взором глядела на дверь, как будто могла пронизать ее своим взглядом насквозь и увидеть тех, кто смел так громко разговаривать у нее в доме.
– Неужели он посмел? – выговорила она вслух.
Голоса приблизились; наконец дверь отворилась, появилась Августа и, притворяя за собою дверь, но не совсем, доложила нерешительно:
– Сударыня, принц настаивает вас видеть. Он здесь за дверью.
– А! Принц?.. – произнесла Алина.
Она поднялась со своего места, как-то выпрямилась, будто выросла на полголовы.
– Скажите, что я не принимаю… принять не могу… Если его высочество пошлет вас снова докладывать, не идите, а ступайте к себе. Я посмотрю, решится ли он сам отворить эту дверь и насильно войти ко мне.