И Дитрих горячо и страстно, увлекательно и бурно высказал все свои чувства.
Напрасно Алина усмехалась и пожимала плечами, старалась изобразить удивление и некоторое пренебрежение к словам молодого человека… Лицо ее, взгляд говорили другое. И Дитрих видел ясно, что слова его проникают ей в сердце, что все им высказанное произвело на Алину сильное впечатление. Когда он замолчал, Алина протянула ему руку и выговорила:
– Мой милый друг, благодарю вас. Я не стою такого чувства… Я женщина менее хорошая, нежели вы думаете. Вы любите и даже – верю – боготворите не меня, а идеальное существо, созданное вашей фантазией… Но теперь после того, как я выслушала вас, выслушайте и вы меня!..
И Алина тихо, кротко, ясно, с искренней дружбой, которая звучала во всяком ее слове, стала уговаривать Дитриха жениться на сестре его друга, которая любит его, богата, красива собой и девушка из хорошей семьи.
– Вы приказываете? – воскликнул Дитрих, когда Алина кончила и вопросительно смотрела ему в глаза.
– Да. Я приказываю! – дружелюбно смеясь, вымолвила она. – Я хочу вас сделать счастливым против вашей воли.
– Я согласен. Я не смею вас ослушаться!
Когда Генрих вернулся, то нашел Дитриха, спокойно и твердо решившегося на женитьбу. Он был в восторге, и наутро оба друга отправились в Андау.
Госпожа Шель, а равно и Фредерика, обе уже давно знали о намерении брата. Госпожа Шель была очень рада выдать дочь замуж за сына своего хорошего приятеля в молодости. Фредерика, насколько была только способна, чувствовала нечто вроде любви к красивому молодому человеку.
Все устроилось быстро и просто. День свадьбы отлагать никто не захотел, и через два месяца после того невеста с матерью поселились на время в Дрездене, где жило семейство Дитриха.