Еще не все деньги были возвращены обратно из кассы недоумевающей публике, как Алина уже неслась по гладкой дороге. Устроившись в глубине кареты, она мечтала о встрече со своим возлюбленным, к которому у нее все еще было какое-то чувство, лучшее, нежели к другим, лучшее, нежели к принцу, которого она околдовала ради его состояния и отчасти по приказанию Шенка.
Граф Осинский был и остался для нее друг-соотечественник, возлюбленный, с которым она могла говорить на том же самом языке, на котором объяснялась когда-то с отцом. Он же первый назвал ей ее отца! Как недалеко было это время, а между тем Алина, игравшая два месяца роль ведуньи-обманщицы, чувствовала себя упавшею еще ниже г-жи Тремуаль.
Через два дня пути она встретилась с Осинским. Он ждал ее и приготовил ей особую квартиру, так как сам жил в доме посланника Огинского в качестве его родственника.
Алина обрадовалась юному другу. Но Париж – город, всемирная столица, – поглотил все ее внимание.
– Вот где жить надо! – весело и страстно шептала Алина, оглядываясь вокруг себя.
XV
Алина тотчас же, благодаря случайному сцеплению обстоятельств, попала в вихрь великосветской обстановки, очутилась в среде блестящего, элегантного и знатного общества.
В первый раз за всю свою жизнь Алина почувствовала себя в среде, в которой желала всегда быть, для которой была предназначена и которая вскоре быстро поняла и ее, оценила ее ум, дарования и музыкальный талант.
Этот талант, а равно и знакомство с посланником польского короля, отворили Алине двери гостиных Парижа.
Осинский представил красавице своего родственника-посланника. Огинский, человек немолодой, был большой поклонник женской красоты при вольном обращении и ненавидел чопорных красавиц.