– Если мечты принцессы Володимирской не осуществятся, то надо быть законной герцогиней Лимбургской, – решила она.
Алина знала, что люди, подобные герцогу Филиппу, так же легко поддаются влиянию женщины, как легко и сбрасывают его при измене. Как легко влюбился он в нее, так же легко способен и разлюбить.
А упустить такую партию было бы глупо!
Поэтому роль Алины была очень трудна. Она отдалась герцогу, он был счастлив и, следовательно, удовлетворен вполне. В нем было спокойствие человека любящего и любимого – надо бы было теперь спешить свадьбой. У непостоянных людей, натура которых требует бурь и волнений, это спокойствие было плохой гарантией на счастье.
Алина понимала это. Но делать было нечего. Приходилось рисковать! Алина уверяла герцога в своем серьезном и неизменном чувстве к нему; но на все просьбы тотчас идти замуж отвечала отказом, просила обождать.
– Что еще будет? Не откликнется ли вновь Игнатий из Парижа? – думалось ей.
Алина положила ждать все лето и осенью решиться на брак.
Шенк умолял друга не рисковать, бросить Игнатия и его сообщников, сделаться владетельной герцогиней и княгиней Священной Римской империи, но Алина упорно отказывалась.
Шенку оставалось надеяться, что Игнатий давно покинул свое нелепое предприятие или же нашел другую женщину для роли принцессы.
Но опытный и предупредительный барон боялся, что время уходит, страсть герцога охлаждается.