Алина раза два переглянулась с Шенком, и лицо ее говорило:
– Что, верный друг, веришь ли ты наконец теперь? Ты мечтал, чтобы я стала графиней Оберштейн, посмотри, что я такое теперь! Кто оказался прав?
Шенк понял этот взгляд любимой им женщины, и лицо его, счастливое, довольное, сияющее, отвечало Алине.
Принцесса долго, внимательно глядела на разные передвижения кораблей и наконец, вспомнив, обернулась и позвала возлюбленного поближе к себе.
Орлов приблизился.
– Когда же? – вымолвила она.
– После маневров.
– Предупрежден ли священник?
– Конечно.
– Где же он?