— Наш князь, — вступается статский советник Генералов, — так тот больше все левой рукой действует. И на стул левой рукой указывает, и подает все левую руку.
— А что вы думаете? — говорит генерал Голубчиков, — ведь это именно правда, что у вельмож левая рука всегда как-то более развита!
— Я полагаю, что в этом свой расчет есть, — глубокомысленно замечает Иван Фомич.
— То есть не столько расчет, сколько грация, — возражает Голубчиков.
— Никак нет-с, ваше превосходительство, не грация, а именно расчет-с..
— Нет… зачем же непременно «расчет»? Я, напротив того, положительно убежден, что грация, — говорит Голубчиков, задетый за живое настойчивостью Ивана Фомича.
— А я, напротив того, положительно убежден, что расчет, и имею на это доказательства.
— Это очень любопытно!
— И именно я полагаю, что всякий вельможа хочет этим дать понять, что правая рука у него занята государственными соображениями.
— Ну-с… а левая рука тут зачем-с?