— А барышня важнеющая! сухопаровата немного?
— Не знаю, — сказал я в совершенном недоумении, что отвечать на подобные вопросы.
— Так-с; да ты с Дурыкина, что ли?
— Да, с Дурыкина.
— Знаем и Дурыкино; большое село, и господ много живет, да только всё дрянца, голь такая… да ты Нагибиных, что ли?
— Да, Нагибиных.
— И Нагибиных знаем, как не знать! и у них бывали, и матку твою, Нагибиху, знаем, такая поджарая да хворая! Да, видно, уж ваш род такой. Видали, как не видать! И к обедне туда хаживали, и ярмарки на селе важнеющие по храмовым праздникам бывают.
Я молчал.
— И наши мужички вот с холстом ездят, и деготь тоже продают, и красным торгуют. Славное, хорошее село, да вот господ-то больно много — видимо-невидимо, словно мух… Что ж ты на Дурыкино-то не едешь?
— Нельзя.