— Верельяныч, — спокойно ответил Стрелов.
— Ну, так вот, стало быть, Антон Велерьяныч, надобно нам ладком об делах поговорить!
— С великим моим удовольствием, ваше превосходительство! Дела вашего превосходительства я даже и сейчас очень хорошо знаю. Нехороши дела, ваше превосходительство! то есть, так нехороши! так нехороши!
— Затем, братец, я тебя и позвал. Поправить надо.
— Ваше превосходительство! как перед богом, так и перед вами! Поправку тут даже очень хорошую можно сделать! Одно слово — извольте приказать! Только кликнуть извольте: «Антон, мол, Верельянов!..» и коли-ежели…
— Ну да, вот этого-то я и хочу. Сам видишь, как я живу. Усадьба — не достроена; в сад войдешь — сухие прутья да ямы из-под овинов…
— На что хуже-с!
— А оброки между тем поступают плохо, земля — в убыток…
— Земля… в убыток! Помилуйте! это даже удивительно для меня! — усомнился Антон и словно бы даже укоризненно покачал головой.
— И я, братец, удивляюсь…