Молчалин 2-й задумался.
— Справедливое-то справедливое, — произнес он наконец, — а жаль! Фраза-то уж больно ловка!
— Да; но что-нибудь из двух одно. Если вы желаете по-прежнему пользоваться болезнью сердца, то, конечно…
— Стой! Я придумал! — вдруг нашелся Алексей Степаныч, — фразу оставить можно, только дополнить ее надо. И дополнить так: «как думают некоторые распространители превратных идей» — вот и все.
— Отлично! — согласился Молчалин 2-й и, тут же, сделав надлежащее исправление, продолжал:
«Токвиль говорит: монархи, доводящие свое властолюбие»…
— Марай! — вскричал Алексей Степаныч, — и читать дальше не нужно! Марай!
Молчалин 2-й, даже не возражая, провел крест на корректурном листе.
— «Гнейст, подтверждая это мнение, с своей стороны присовокупляет: «Монарх, который…»
— То Гнейст, а то русская газета «Чего изволите?»! Марай, любезный, марай!