— Вы мои последние распоряжения читали? — возобновил он разговор.
— Нет, не читал.
— Не интересуетесь?
— Сами по себе они, вероятно, интересны, но для меня — нет.
— Вот если бы вы читали, вы должны были бы сознаться, что были неправы.
— В чем не прав?
— В том, что имеете на меня совершенно неверный взгляд.
— Да помилуйте! как будто вам мой взгляд нужен!
— И даже очень. Вы, может быть, забыли, но я очень, очень многое помню.
И он пожал мне локоть. Неприятно мне это было, а впрочем, с другой стороны, — что же! пожалуй, жми!