— Образок-то маленький! — сказал он, — сразу и не отыщешь!
Он произнес это с улыбочкой, что, впрочем, не мешало мне прочесть на его лице: «МАТЕРИАЛЫ!! Правительству новых источников дохода не представляет — первое; пастырей духовных не чтит и советами их небрежет — второе».
— Говеть-то будете? — спросил он уже совсем умиленным голосом.
— Я, батюшка, в городе…
Он радушно пожал мне руку на прощанье, но уверению моему веры не дал, и на лице его я прочитал новый «материал»: «Утверждает, якобы говел в городе, но навряд ли — третье».
Распростившись с батюшкой, я вышел из дому и направился в огород. Там, около парников, сидел садовник Артемий, порядочно навеселе, и роптал.
— Какой это навоз! — вопиял он, — разве на таком навозе может настоящая обо́щь вырасти?
С этими словами он нагнулся, зачерпнул из парника рукой и поднес горсть к самому моему лицу.
— Вот, сударь, извольте смотреть!
И затем, не выжидая моего ответа, продолжал: