Ганечка слабо улыбнулся.
— Я, дяденька, к вам-с… — произнес он, — мамаша приказала… сестры тоже свидетельствуют…
Ганечка не докончил, подбежал к столу и схватил бутылку.
— Позвольте, дяденька… из Сербии… прямо-с!
— Что ж это такое? ба! да и надпись есть: Rakia? Что ж это значит… Rakia?
— А это, дяденька, по-ихнему, значит все равно, что стара вудка. Они, дяденька, не из хлеба, а из рису ее там делают.
— Мы здесь из рису кутью делаем, а они ухитрились водку гнать… Да где это Сербия? далеко?
— Далеко, дяденька. Кишинев надо проехать, потом Бухарест будет, а там уж и Сербия… у самой Турции.
— Вон она где! зачем же тебя туда-то носило? с полком, что ли?
— Нет, дяденька, я сам по себе. Война у сербов с турками, — ну, все говорят: идем против общего врага! — я и пошел-с! Они, впрочем, дяденька, и молятся по-нашему, и даже митрополит у них наш, русский-с…