— Это что такое? — спросил Дмитрий Борисыч.
— А что «что такое»? — спросил Алексеев.
— Не видишь? — спросил Дмитрий Борисыч.
— Вижу, — сказал Алексеев.
Вся запальчивость и ретивость Желвакова разбились об это патриархальное равнодушие.
— Ты бы хоть тово, что ли, — произнес он немного сконфуженный и отворачиваясь от Алексеева, чтоб скрыть свое смущение.
И в самом деле, чего тут «тово», когда уж «грязь так грязь и есть» и «всё от бога».
— Вот кабы мы этому делу причинны были, — глубокомысленно присовокупил Алексеев.
— Ишь его…
«Принесла нелегкая», — хотел было сказать Дмитрий Борисыч, но затруднился, потому что и в мыслях не осмеливался нанести какое-нибудь оскорбление начальству.