— Здравия желаем, ваше высокоблагородие! — закричали все в один голос.
Яков Петрович улыбнулся. Он видимо был доволен, что между арестантами прививается дисциплина и что они скандуют приветствие не хуже, чем в ином гарнизонном батальоне.
— Всем довольны? — спросил он.
— Много довольны! — отвечали голоса.
Один арестант выступил робко вперед с засаленною бумажкой в руках. То был маленький, жалконький мужичонка, вроде того, которого я имел уже случай представить читателю в первом острожном рассказе.
— Ты по какому делу? — спросил Яков Петрович.
— Да вот об корове-то, ваше благородие…
— Господи! неужто еще не кончено?
— Не кончено, ваше благородие, да вот бают, словно и никогда ему кончанья не будет…
— А за что ты содержишься? — спросил я.