Ну, солгать бы тут Корнею: пошутил, мол, и вся недолга; однако он или посовестился, или не нашелся с первого разу: пробормотал что-то невнятно в ответ и замолчал.
— Ан врешь ты! — говорит Федот, — не посмеешь отсель уйти!
А сам и заикается-то, и по столу-то кулаком бьет…
— Али люб тебе стал? — говорит Корней.
— Люб не люб, а у меня с тобой счеты есть… В кабалу ты ко мне шел!
Ну, лезет на Корнея, да и шабаш, даже на месте словно скачет; и кулачишком-то, и головой-то ему в брюхо норовит… удивление, да и только!
— Ты, — говорит, — женой у меня завладал; так задаром, что ль, я тебе ее отдал?
— Ишь тебя больно спрашивались…
А Федот все одно:
— Издохнешь, — говорит, — мне служивши! убью я тебя и в ответе не буду!.. потому — ты вор… да, говорит, вор, вор, вор… разбойник ты!