Хрептюгин ( смущаясь, Живновскому ). Ну, ты чего еще!
Дмитрий Иваныч ( смотря в окно ). Едет, едет! Ах ты, господи! А эта бестолковая Степанида Карповна и закуски не дает! Голова кругом идет!
Сцена VIII
Те же и Разбитной (входит гордо и даже с некоторою осмотрительностью).
Разбитной. Здравствуйте, Иван Онуфрич, здравствуйте! Ну, как ваше здоровье? ( Жмет ему руку.)
Хрептюгин ( развязно ). Милости просим, Леонид Сергеич… Слава богу-с… Очень благодарен его сиятельству.
Разбитной. Да, я от князя. Князь сегодня встал в очень веселом расположении духа… Ночью, знаете, пожар этот был, и это очень старика развлекло. Князь поручил мне осведомиться о вашем здоровье, любезнейший Иван Онуфрич, — право! Сегодня, знаете, кушает он чай и говорит мне: «А не худо бы, mon cher[70], тебе проведать, как поживает мой добрый Иван Онуфрич».
Хрептюгин. Премного благодарны его сиятельству… Démétrius!
Дмитрий Иваныч. Сейчас, папаша! ( Выходит на короткое время и потом возвращается.)
Разбитной. Он очень часто о вас вспоминает — такой, право, памятливый старикашка! Я вам скажу, что если бы этому человеку руки развязать, он, я не знаю, что бы наделал!