— Уж там лапти или не лапти, — говорит Порфирий Петрович благодушно, — а выиграл!

Иван Павлыч чуть-чуть хихикает и, взглянув на будущего папашу с нежностью, удаляется.

— Приятный молодой человек! — отзывается Порфирий Петрович по уходе его.

— Основательный! — подтверждает Александр Семеныч, — этаких людей бы побольше, так дела-то в губернии совсем другим бы порядком пошли.

Иван Павлыч между тем садится около Софьи Григорьевны и заводит с нею интересный разговор.

— А Порфирий Петрович сейчас Александра Семеныча без одной семь в пиках оставил, — говорит он, — и надо видеть, какой выговор сделал за это Александр Семеныч Петру Борисычу… отлично играет Порфирий Петрович!

— Вы думаете? — отвечает Софья Григорьевна, — а я на месте Петра Борисыча никогда бы не села в карты играть… ни одной ведь игры не проходит, чтоб его не бранили!

В это время Тисочка, шатаясь из стороны в сторону, проходит мимо Софьи Григорьевны.

— Как мила Феоктиста Порфирьевна! — восклицает Иван Павлыч, — и как скромна! знаете ли, Софья Григорьевна, что если сравнить ее с другими крутогорскими барышнями, то… но, право, даже и сравненья никакого нет!

— Очень приятно, — отвечает Софья Григорьевна, — мне кажется, однако ж, что и другие барышни очень милые…