— Ишь ты ведь какой задался! и не продолбишь! — говорил один, весь покрытый каплями пота от усилий.
— Продолбим! — спокойно отвечал другой.
Веригин остановился около них и стал смотреть на работу.
— Я тебе говорю, не продолбишь! ишь у него раковина в сердцевине-то задалась, — продолжал первый.
— Знай долби! — еще спокойнее отвечал другой.
«Знай долби»! — повторил мысленно Веригин, — что ж, долбить так долбить — будем!»
— Прогуливаетесь? — вдруг прозвучал чей-то голос над самым его ухом.
Веригин обернулся; перед ним стоял стряпчий Веприков, очевидно уж позавтракавший.
— Иду домой, — отвечал он.
— Были у Клочьевых?