Фурначев. Не могу, папенька, не могу. Здоровья пожелал Леониду Сергеичу от глубины души, а пить не могу. Утром, знаете, натура не принимает!
Лобастов. Ау меня вот так во всякое время натура принимает.
Гаврило Прокофьич. И у меня тоже; мы с вами, генерал, добрые… (Треплет его по спине.)
Разбитной. Господа, я не могу больше! сердце мое совершенно переполнено… Будьте уверены, мой любезнейший Иван Прокофьич, что я со всею подробностью передам князю те приятные впечатления, которые доставило мне утро, проведенное у вас… Прощайте, господа! (Уходит.)
Гаврило Прокофьич провожает его за двери.
Сцена XII
Те же, кроме Разбитного. Живоедова и Живновский.
Фурначев. Анне Петровне мое почтение! (Живновскому.) Здравствуй и ты!
Живновский кланяется.
Живоедова. Здравствуйте, батюшка Семен Семеныч, как Настасья Ивановна в ихнем здоровье?