— Это другой вопросъ, — сказалъ Ландри, успокоиваясь, — скажи мнѣ, Фадетта, гдѣ онъ, ты меня успокоишь и обрадуешь.
— Ни Фадетта, ни сверчокъ, не хотятъ вовсе васъ радовать, — отвѣчала дѣвочка. — Вы мнѣ наговорили много дерзостей и меня бы побили, не будь вы такимъ неповоротливымъ и розиней. Ищите его сами, вашего близнеца, вы такъ умны, что не нуждаетесь ни въ чьей помощи.
— Охота мнѣ тебя слушать, злая дѣвчонка, — сказалъ Ландри, отворачиваясь отъ нея и пошелъ дальше. — Ты сама не знаешь, гдѣ мой братъ, ты не умнѣе твоей старой колдуньи-бабушки.
Но маленькая Фадетта не отставала отъ него и увѣряла его, что только она можетъ найти близнеца; ея скакунъ догналъ ее и прицѣпился къ ея грязной юбкѣ.
Ландри увидѣлъ, что нѣтъ возможности избавиться отъ нея, ему казалось, что она, при помощи колдовства, вмѣстѣ съ водянымъ, мѣшала ему найти Сильвинэ. Поэтому онъ рѣшилъ пойти домой.
Маленькая Фадетта довела его до перекрестка и усѣлась на изгородь, какъ сорока. Оттуда она закричала ему вслѣдъ:
— Прощай, прекрасный, но безсердечный близнецъ! твой братъ остался далеко отъ тебя! Напрасно будешь ты его поджидать сегодня къ ужину! Ты его не увидишь ни сегодня, ни завтра; вѣдь онъ не сдвинется съ своего мѣста, а вотъ и гроза приближается. Нѣсколько деревьевъ упадутъ снова въ рѣку, а теченіе унесетъ Сильвинэ далеко, далеко, ты его никогда не найдешь!
Невольно холодный потъ выступилъ у Ландри, когда онъ услышалъ эти слова. Всѣ были такъ увѣрены, что семья Фадэ находилась въ сношеніяхъ съ нечистой силой, что вѣрили ихъ словамъ.
— Послушай, Фадетта, — сказалъ, останавливаясь, Ландри, — оставишь-ли ты меня въ покоѣ? Скажи правду, гдѣ братъ?
— А что ты мнѣ дашь, если я тебѣ его найду, до дождя, — спросила Фадетта, выпрямляясь на изгороди и махая руками, точно она собиралась улетѣть.