— Ладно, смейся, смейся, глупый истукан! — крикнул я. — Смейся, пока я не заставил тебя плакать... — И я замахнулся на него своей палкой.
В ту же минуту голова исчезла, и я опять увидел её на плечах великана.
Это вывело меня из себя.
— Всё равно, проклятый колдун, я не оставлю тебя в покое! — закричал я.
И снова камень за камнем полетели в Иеуса.
Один из них отбил ему левую руку. Но в ту минуту, когда мне удалось отбить и правую, левая снова оказалась на своём месте.
Тогда я выбрал своей мишенью его ноги — эти неуклюжие, толстые, слипшиеся в коленях ножищи...
Один удар, другой, третий, четвёртый… И вдруг ноги великана подломились. Он рухнул наземь и растянулся на луговине во всю длину, разбитый на тысячу кусков.
Тут только понял я, какую ужасную глупость сделал только что... В один миг прекрасная, свежая луговина снова исчезла под грудами серого камня, песка и пыли.
И при свете занимающегося дня я увидел злополучную площадку Микелона опять такой же, какой нашёл её вчера…