— Что? — переспросил я, даже не задумываясь о том, кто со мной говорит. — Я не имею права сбросить его вниз? А по какому праву он свалился сверху и завладел моей землёй?
— По праву камня! Но ты человек, ты знаешь, что внизу, на нижних площадках и в долинах, тоже живут люди... Нет, дружок, самое лучшее, что ты можешь придумать, это оставить старого Иеуса у себя на площадке, перетащить его в ложбину, камешек по камешку, и хорошенько уложить там. Тогда он будет приносить тебе не вред, а пользу.
Я хотел было ответить, что нет никакой надобности таскать великана на руках, когда он и сам отлично умеет ходить, но тут в глазах у меня прояснилось, и я увидел, что сижу перед печью в хижине дядюшки Брада и что разговор со мной ведёт он.
— Да что с тобой? — удивлённо спросил старик. — Ты говоришь, как малый ребёнок спросонья. А впрочем, хоть ты и болтаешь иногда такую чепуху, что смех берёт, а в голове у тебя бродят разумные мысли. Идём-ка ужинать. Ты нынче поздно вернулся, но я тебя поджидал. Перед сном мы ещё потолкуем.
За ужином я не вытерпел и спросил старика:
— Дядюшка Брада, скажите-ка, что я вам рассказывал там, у печки?
Старик удивился:
— Неужели не помнишь? Да ты что же, во сне со мной разговаривал, что ли?.. Вот что я тебе скажу, сынок: очень уж ты устаёшь, возясь с этой скалой. Для такой тяжёлой работы ты ещё молод. В одиночку тебе не справиться.
— А сколько же, по-вашему, нужно людей, чтобы очистить мой участок?