— Андрей Николаевич, — послышался женский голос — Нет его? Передайте что звонили из института. Сегодня на заводе «Самоходный комбайн» — пуск третьего автоматического цеха.
Aга, так механический секретарь на даче докладывает о всех телефонных звонках, происходящих в отсутствие Боброва, прямо сюда в этот кабинет на колесах. Зоя оглянулась. Тут только она заметила сбоку заднего сиденья обыкновенный телефонный аппарат, висящий на стенке. Очевидно, по этому аппарату можно позвонить и на дачу Боброву, и в любое место. Это сразу облегчает положение. Рядом с аппаратом белела кнопка. «Вероятно, нажатием кнопки вызывается доклад секретаря — подумала Зоя — а время от времени и в экстренных случаях секретарь докладывает сам. А может быть, эта кнопка еще для чего нибудь.»
В этот момент телефон зазвонил. Да он звонил как самый обыкновенный комнатный аппарат — мелодичным приятным звоном.
Зоя хотела остановить машину, чтобы снять трубку. Но тут взгляд ее упал на кнопку с надписью «микрофон» на пульте водителя.
Она нажала кнопку. От пульта от делилось и стало приближаться к ее губам то, что она раньше принимала за украшение: овальная кремовая шишечка из пластмассы, усеянная множеством дырок. Шишечка держалась на легком изящном кронштейне в виде раздвижной гармоники.
— Слушаю — сказала Зоя в микрофон.
Она ожидала услышать голос Боброва. Но сзади из громкоговорителя, скрытого где-то в потолке машины, послышался старческий голос с покряхтыванием и остановками из-за отдышки.
— Мне нужен Бобров. Я звонил к нему на дачу, — мне сказали что его нет. Говорит академик Митрофанов
— Боброва нет. Извините, товарищ академик! Но как только он отыщется… Я хочу сказать, что как только он… Ему немедленно будет передано и он…
Зоя путалась и умолкла. Академик покряхтел еще немного и повысил трубку.