Уши звукоулавливателя чуть заметно вращались. Снизу, из каземата, чей-то голос произносил громко цифры.
— Приготовить вибратор, — раздалась команда.
На поверхности холма, обращенной в сторону ожидаемого появления неприятельской авиации вдруг обнаружилась щель; она быстро росла, дерн убирался, точно скатерть со стола. Наконец обнаружился большой круг или, вернее, яма с неровными, очевидно в целях маскировки, краями. По виду, оно напоминало углубление, которое могло образоваться в холме, если бы здесь, например, брали песок. Однако, эта иллюзия создавалась искусной раскраской, и, приглядевшись внимательнее, я понял, что эта «яма» и есть вибратор — новое оружие, о котором я не имел до сих пор никакого представления.
— Произвести настройку вибратора, — услышал я команду. — Согласовать с звукоулавливателем. Точнее!
В этот миг я заметил в воздухе короткие черточки, быстро приближавшиеся. Это были самолеты противника. Они шли на большой высоте. Головная машина вырвалась заметно вперед.
— Включить генератор колебаний, — скомандовал кто-то внутри каземата.
По тому, как стенки «ямы» стали вдруг расплывчатыми, я понял, что они дрожат, сотрясаются в вибрациях.
«Ага, вибратор работает», — подумал я.
Опять кошмар — мгновения провала памяти вдруг я увидел поразительную картину. Головной самолет, который я хорошо различал теперь в длинноствольный бинокль, укрепленный на подставке внутри моего купола, внезапно «клюнул» носом как бумажный «голубь», пущенный неумелой рукой. В следующий момент у него отвалилось левое крыло. Затем отвалился хвост, и остатки машикы камнем полетели на землю.
По-видимому действовали и другие вибраторы, спрятанные по соседству в складках местности. То одна, то другая вражеская машина летела вниз, ломаемая невидимой силой. Я не успевал докладывать о «сбитых» самолетах, если их можно было так назвать.