Но командир крейсера отказался вести корабль к мосту.
— Крейсер сидит глубоко в воде, — сказал он комиссару Военно-революционного комитета, — а на пути мели. Мы только поломаем винты. К мосту нам никак не пройти.
Комиссар задумчиво прошелся по палубе. Затем он остановился и приказал вызвать к себе матроса-сигнальщика.
Комиссар сказал сигнальщику всего несколько слов.
— Так точно, — отвечал сигнальщик, — будет исполнено.
И он побежал вниз.
— Помни, — крикнул ему вслед комиссар, — если попадетесь на глаза юнкерам, они вас перестреляют…
Через несколько минут с крейсера спустили на воду шлюпку. В нее сели восемь матросов и сигнальщик. Послышался взмах весел, и лодка ушла в темноту…
Была глубокая ночь. Совсем темно было вокруг лодки, темно и тихо, только слышно было, как плещет под веслами вода. Легкий туман стелился над Невой, так что прибрежные огни были еле видны. Матросы молча гребли, а сигнальщик измерял в это время лотом глубину реки.
Он все ждал, когда же он нащупает лотом мель. Но ее все еще не было.