Большая часть млекопитающих животных принадлежала к тем видам, которые сейчас сохранились только в Австралии: сумчатые и яйцекладущие млекопитающие. Мы с полным правом можем назвать этих млекопитающих низшими: откладывать яйца это похоже скорее на ящеров, чем на млекопитающих. Сумчатые же хотя и рождают детенышей, но рождают их недозрелыми и донашивают потом в сумке под животом. У исполинского кенгуру, например, живущего в Австралии и теперь, новорожденный детеныш не достигает и трех сантиметров; восемь месяцев приходится ему провести в сумке матери, прежде чем он подрастет настолько, что сможет уже сам бегать по земле.
Диниктис. Он умел совершать гигантские прыжки и охотился за предками наших лошадей.
Если бы млекопитающие навек остались сумчатыми, никогда бы не появились те четвероногие звери, которых мы встречаем теперь в лесах, и никогда бы на Земле не появился человеческий род. По счастью, уже с самого начала палеогена жили такие млекопитающие, которые размножались так же, как размножаются сейчас волки, лошади, обезьяны, кошки, и которые являются нашими предками.
Эти высшие млекопитающие во время палеогена были еще как бы в тени, на заднем плане, их было гораздо меньше, чем сумчатых. Но именно они за время палеогена изменились больше всего: достаточно сказать, что первые такие млекопитающие были величиной с крысу, а к концу палеогена их потомки стали уже большими животными, а некоторые даже такими огромными, как носорог или слон.
В самом конце палеогена высшие млекопитающие начинают уже вытеснять сумчатых, и скоро сумчатые исчезают всюду, кроме Австралии.
Что же это были за животные, родоначальники нынешних млекопитающих?
Главным их отличием от теперешних млекопитающих была их, так сказать, разносторонность. Если мы взглянем на нынешних млекопитающих, скажем — на тигра, лошадь и обезьяну, мы сразу заметим резкие различия между ними, — каждое из этих животных как бы специализировалось на одном каком-нибудь деле: весь вид тигра ясно показывает, что это хищник; тело лошади явно приспособлено к быстрому бегу, а по зубам ее видно, что она ест траву; фигура обезьяны сразу обличает в ней животное, лазающее по деревьям.
Совсем другое дело — млекопитающие палеогена.
«Если бы млекопитающие тех времен вдруг ожили сейчас, — пишет один ученый, — наши зоологи пришли бы в большое затруднение: они не знали бы, куда причислить этих древних млекопитающих, к какому роду существующих теперь животных — к насекомоядным зверькам, или к хищникам, или к копытным, или к полуобезьянам; они подходили бы сразу и туда и сюда».