При таком сравнительно небольшом масштабе видны уже подробности геологической истории.
Тут происходит то же, что, например, при составлении географической карты: когда берешь очень мелкий масштаб, улавливаешь только самое главное, и карта выходит упрощенной. Швейцария, например, на такой карте выглядит сплошным коричневым пятном, как будто там, кроме гор, ничего и нет, а на карте большого масштаба видишь, что между гор расположились долины, что действительная география гораздо разнообразнее.
То же и с историей Земли.
Не так давно четвертичный период представляли как время сплошного непрерывного холода. Миллион лет будто бы стояла стужа и ледники покрывали большую часть Европы. Но когда благодаря находкам окаменелостей четвертичный период стал вырисовываться перед нами подробнее, оказалось, что стужа совсем не была сплошной, в ней были очень длительные перерывы.
И тут, как всегда, история Земли шла зигзагами.
В четвертичных пластах, в одних и тех же местах, находим мы и кости таких северных животных, как северный олень или песец, и таких животных жаркого юга, как носороги и слоны.
Точно волнами шел холод, а между этими волнами уместились более теплые времена. Не раз наступали ледники, и вдруг останавливались, отходили назад, а потом снова начинали ползти дальше.
Волнами шел холод. И этим волнам стужи и тепла соответствовали другие волны — колебания уровня материков, расширение и сжимание морей, переселения животных.
Когда на тысячелетия Землей завладевал холод, ледники надвигались с севера на сушу, захватывали чуть не всю Европу, Азию, Северную Америку. Чудовищной тяжестью налегали ледники на материки, и, точно придавленные ледяной пятой, материки оседали. Океан расползался и заливал низменные части суши. Наставали суровые времена, студеные и сырые.
Животные, привыкшие к теплу, стремились уйти на юг. Но на пути им вставали расширившиеся моря, проливы, которых прежде не было; животные оказывались точно в ловушке. Некоторые все- таки прорывались в более теплые страны, остальные либо гибли, либо менялись, приспосабливаясь к холоду.