Поднял голову, как допускала шея, и вышел на двор после трех дней лежки.
Вышел я на двор и предложил создавать удивительную бригаду „Прочь от изолятора“. Поднялись надо мной буза и крик, какого я не слышал за всю многочисленную мою тюрьму. Кричали мне простуженными голосами, а кто и просто тенором, что я пропил их, что ул предатель уговоренный. Я им говорю: „Какой же я предатель, если я трое суток лежал нарами и думал и никто меня не уговаривал кроме самого себя“.
Сорганизовал я бригаду вполне задумавшихся ребят. Вошло в нее 15 человек. Нам орут:
— Сгибнете!
Молча выходим мы на трассу и получаем урок. Выполнили таковой раньше всех на два часа, и, неся эти два часа на лицах, пришли мы раньше всех в барак. А нам орут:
— Эк-ва, дали вам урок по блату, вы и зарядили туфту.
— Пожа, — говорим, — выходите вместе с нами на трассу, становитесь рядом, проверяйте.
Проверили. Оказался факт достоверным. И через время было в нашей бригаде 40 человек, и давала она 125 процентов».
Другой, тоже изоляторный, повествует очень спокойно:
«Конечно, начинать трудно.