Выясняется странная подробность. Пашков — опытный ирригатор. Перед проектировкой канала была проведена тщательная разведка трассы, но при работах почему-то пользовались данными 1890 года.
Пашков арестован.
Следователь. Скажите, гражданин Пашков, на что же вы рассчитывали?
Пашков. Оседание — блеф. Это бесполезная работа.
Следователь. Вам было важно доказать, что оседание — блеф? И поэтому вы неверно спроектировали канал?
Пашков. Да, я не должен был так поступать. Признаю свой поступок.
«…Мною от профессора Ризенкампфа было получено задание явиться к точке по вредительству в Госплан СССР — к профессору Кенигу, которым мне был указан план работ по вредительству в Дагестанской советской республике, заключающийся в задержке расселения горных племен на низменных областях. Средством для этого была оттяжка осушительных и обводнительных работ».
Так показал после непродолжительных отпирательств молодой инженер Вяземский. Он — сын и внук инженеров-путейцев. В пылу классовой борьбы он разрушал продолжаемую и колоссально расширенную коммунистами работу его предков по освоению пустынь и окраин. Мы еще встретимся с Вяземским и познакомимся с ним.
Десять других инженеров дали показания по тому же делу Средазводхоза:
Вержбицкий. За выполнение вредительских актов я разновременно под различными видами получал крупные суммы денег.