— Спина заживет… Вот беда: скопил 85 рублей, просыпаюсь утром — ни денег, ни талона на обед.
— Что? — тревожно спросил Афанасьев и даже приостановился. — Может, потерял?
Воровство в условиях лагеря — самое страшное: оно отчуждает людей, родит недоверие друг к другу.
— Кто спит по соседству с тобой?
— Усачев.
Вскоре медведеобразный рыжий верзила неуклюже топтался перед Афанасьевым.
— Тебя не узнать, Усачев. Ты пришел ко мне вором, грубияном, а теперь — в фаланге с самыми лучшими, но есть еще у нас паразиты, крадущие у своего брата. Тощаков скопил на дорогу домой 85 рублей.
Усачев бурно вздохнул и полез лапой в карман.
— На, отдай! Деньги не нужны, так, для практики только. Руки чешутся.
Можно было выставить вора на суд перед всей фалангой, и она потребовала бы немедленного его изгнания. У Афанасьева — свой путь к человеку: надо показать, что мы действительно перевоспитываем, и он вернул Тощакову деньги, никого не посвятив в историю.