Трудно было с засыпкой ряжей. Нужен был песок.
Ананьев вышел из положения. Он решил пустить в дело и «песчаное кладбище». Другие карьеры были далеко. Прямо с автомобиля песок сыпали в ряжи шлюза.
Когда Френкель приехал туда, он увидел следующую картину. Подъезжает грузовик, на него налетает вихрь людей, песок летит в воздух. Минута — опять следующий грузовик. Френкель смотрел, смотрел — и крыть нечем. И разгрузка такая же замечательная. Автомобиль влетает и через полминуты разгружен. Хронометраж работы — предельный.
Френкель смотрит.
Ананьев в полушубке, горбясь слегка, разыгрывая бедного родственника, идет навстречу.
— Почему возите песок в ящиках, а не на платформах?
— Виноват, не подумали о платформах.
Френкель знает: Ананьев хитрит — в ящиках удобнее, а спорить не хочет.
— Садитесь, едемте на карьер.
Дорога разметена, лежит как гудронированная. Карьер для добывания песка как вырезанный. Френкель останавливается, он умеет стоять так по четыре часа. Стоять, спокойно взвешивать ошибки. Френкель ничего не сказал, так как он никогда не хвалит, но в других местах требовал такого же хронометража, говоря: