Собрание может показаться будничным и обыкновенным, и все же здесь приподнятое состояние, какое бывает при больших исторических событиях. Здесь находятся разные люди, их несходство бросается в глаза. Здесь чекисты и вчерашние заключенные. Сейчас они собрались как равные.
Здесь, в здании клуба, перевезенном с Медвежки в Дмитров, происходит последний слет беломорстроевцев
Радостно возбужденная Янковская и деловитый Шир-Ахмедов жестикулируют в центре одной группы. Другая группа окружает решительного Волкова и самоуверенного Роттенберга. Космополитический словарь бывшего афериста обогатился совершенно новыми словами и понятиями.
Застенчивый ироничный Зубрик беседует с Некрасовым, сохранившим осанку бывшего министра. На скамейке у стены — Вяземский. Группы людей движутся, собираются и расходятся.
Одни оживлены и нервны, другие спокойны, молчаливы.
Вот встретились двое.
— Герою Повенчанской лестницы! — с легкой насмешкой и вместе с тем с уважением кричит один.
— Непобедимому бригадиру! — отвечают ему в том же тоне.
Монументальные, в кожаных пальто и крепких сапогах начальники коллективов почтительно и веско здороваются друг с другом. Они умеют уважать соперника на производстве, у которого вчера отняли это прибитое к стене знамя и со свистом и издевками водрузили на свой грунт.